Почему так много
не отвеченных вопросов в философии? Западные философы, например, пытаются
объяснить противоречие между существованием Бога и наличием зла на земле, ищут
связь между сознанием и телом человека, спорят о существовании свободы воли, но
эти бесконечные обсуждения уже похожи на интеллектуальные упражнения, а не на
поиск абсолютной истины. Очевидно, что попытки найти гармонию в рамках того
мировоззрения, в котором сам человек находится в противоречии, бессмысленны. Ведь
для того, чтобы ответить на эти вопросы, а также на многие другие, достаточно поверить
в человека, то есть покинуть плоскость абсолютной рационализации человека. Нужно поверить, что он, подобно Богу, может и должен бороться со
злом на земле. Нужно поверить, что он обладает высшими, нематериальными
способностями, а значит и волей и духом. Но невозможно в это все поверить, покуда
человек существует в мире, где все социальные аппараты служат «расчеловечиванию»
человека и превращению его в машину потребления.
А потому в таких
условиях эти «интеллектуальные упражнения» не только бессмысленны, но и вредны, ибо
они «пускают пыль в глаза», давая человеку ложное ощущение того, что он познает
мир, приближается к истине, а значит все же поднимается по лестнице
человеческого развития вверх. Это ложное ощущение позволяет человеку продолжать
быть и мыслить в рамках существующего мира, вместо того, чтобы выводить
человечество туда, где парадоксы не обсуждаются, а отсутствуют, то есть туда,
где в человека можно верить. Таким образом, творение мира, который был бы
направлен на гармоничное развитие человека, на его возвышение, дано в жертву
возможности обитать и быть по-детски счастливыми в мире, где кроме
удовлетворения своих потребностей человек ни на что не годен.
Вы скажете, что это
не так, и есть, скажем, религия, право, искусство, благотворительность: другие сферы,
возвышающие человека, делающие его жизнь гораздо шире и многообразнее, чем если
бы она была направлена исключительно на потребление? Я же скажу, что эти прочие
аппараты существуют только в той мере, которая необходима, чтобы человек не
мучился слишком от своего расчеловечивания и от мучений этих вдруг не
разгневался и не взбунтовался против существующего порядка вещей. Ведь человек
чувствует еще потребность в высшем, в идеальном, и она не может быть еще до
конца подавлена постоянно пробуждаемыми и стимулируемыми низшими потребностями.
И скажи человечеству прямо, что теперь оно будет жить только для потребления,
закрой ему все пути к истинному, к высшему и красивому и запрети ему мечтать о своем
возвышении, и оно тут же это с презрением отвергнет, ибо иначе совесть его
замучает. Но стоит успокоить совесть человека, дать ему иллюзию того, что он продвигается
к высшему, и он с удовольствием падет в потребление и не будет больше мучиться.
И для того, чтобы эту высшую потребность удовлетворить и не дать человеку
слишком изголодаться по идеальному, для того, чтобы «успокоить» его совесть, нужно
предоставить ему некие «суррогаты» идеального, которые подавят его чувство
голода по высшему, но в то же время не позволят человеку по-настоящему
прикоснуться к идеальному и слишком отвлечься от житейских сует.
Нужно создать
именно такую систему благотворительности, которая по-настоящему мир не изменит,
но зато упакует благородное желание людей помочь ближнему в безопасную, но
ничем не чреватую нишу. Нужно превратить институт права из фундаментального
«дома» справедливости в зону разборок, где нет преступления против человеческой
природы, а есть только нарушение интересов. Нужно вместо одного Моцарта
породить тысячу «леди-гаг», а вместо «Моны Лизы» воспеть изображение свалки и
назвать это искусством и прикосновением к прекрасному и суметь убедить человечество,
что так оно и есть и от идеального никто и не думал отказываться. Таким
образом, человечество нужно превратить в биологическую массу, которая кроме
потребления уже ничего не сможет и не захочет делать.
Вы спросите, о
ком я все это время говорю в такой безличной форме? Кто этот субъект, который
все убеждает, разрушает, подкупает? Кого винить в таком положении вещей? Я
скажу, что не могу этого знать. Можете считать, что это тайное мировое
правительство. Если вы религиозны, считайте, что это Сатана или падшие ангелы,
как у Достоевского. Можете назвать это силами зла, о существовании которых мы
все знаем из детских сказок. Назовите это черной дырой, куда нас всасывает, или
же просто мировым регрессом. Смысл останется одним и тем же. Если это зло, ему
нужно противопоставить силы добра; если это регресс, ему в противовес нужно
организовать масштабный, прорывной человеческий прогресс; если это бесы, нужно согнать их из
себя и выкупить у дьявола обратно свои души. А выкупить их можно только ценой
борьбы: борьбы за добро, борьбы за прогресс, за человечество, за истинную
свободу жить в мире, развивающем и очеловечивающем людской род, а не топящем
его в болоте счастливого гниения.
И не вечным
изучением этого болота должны заниматься мудрецы мира сего, а поиском путей вывода
человечества из этого болота, то есть борьбой. И в очередной раз русскому
народу особенно остро выпадет эта миссия, а значит ответственность выводить людей
из гниения. И это не только потому, что по Достоевскому каждый русский человек
философ, но и потому что русскую совесть сложнее всего успокоить. Русский народ
не может долго гнить и прогибаться. Он может или жить в мире справедливости, или
не жить вообще.
Так давайте же жить.
